Холостые пистолеты: почему бензин в России не дешевеет

Финансовый кризис в Евросоюзе

Холостые пистолеты: почему бензин в России не дешевеет

Почему стоимость бензина в России не зависит от цен на нефть

Тимур Хасанов

Из-за нефтяных войн снизились цены на моторное топливо в ведущих мировых странах. Это поможет многим государствам легче пройти через кризис, вызванный снижением производства и потребления из-за коронавируса, полагают опрошенные «Газетой.Ru» экономисты. Россия остается в стороне от этого процесса, поскольку внутренняя стоимость топлива искусственно формируется «демпфирующим механизмом», высокими налогами и акцизами.

Дешевый бензин для богатых стран

Средняя цена бензина в США в начале этой недели опустилась до $1,93 за галлон (3,8 литра), сообщает Американская автомобильная ассоциация. В пересчете на российскую валюту литр бензина в США сейчас стоит примерно 38 руб. По данным Управления энергетической информации (EIA), такие низкие цены на автомобильное топливо фиксировались в последний раз в 1993 году.

В Великобритании стоимость бензина установилась на границе £1 за литр, в последний раз к такой отметке цены в королевстве приближались во время падения нефтяного рынка в 2016 году, сообщает BBC. В Германии, по оценкам крупнейшего автомобильного клуба ADAC, бензин марки Super E10 (аналог «АИ-95» в России) в среднем по федеральным землям продается по 1,28 евро за литр — на 16 евроцентов ниже, чем в феврале этого года. Дизельное топливо подешевело на 18 евроцентов и в среднем стоит 1,15 евро за литр. Почти во всех странах ЕС фиксируется снижение розничных цен на моторное топливо до 15%.

Этот год будет удачным и для Китая, второго в мире государства по масштабу потребления нефти, — до конца года страна планирует накопить в своих хранилищах около 85 млн тонн «черного золота». Это почти столько же, сколько Соединенные Штаты хранят в своем стратегическом резерве — крупнейшем в мире искусственном хранилище нефти.

Обвальные цены на ресурсы — это щедрый подарок всем странам, которые находятся в авангарде мирового развития, а для таких государств, как Россия, — очень жесткое удушение, считает экс-зампред Счетной палаты, экономист Юрий Болдырев.

Читайте также  РЕВАНШ РЕАЛИЗМА ВО ВРЕМЯ КОРОНАВИРУСА

«Если мыслить краткосрочно, то нужно быстро даже на невыгодных условиях договариваться с ОПЕК и возвращать экспортные доходы от продажи нефти и газа в прежнем уровне. Если мыслить в долгосрочной перспективе, то параллельно с этим нужно сейчас использовать момент низких цен для того, чтобы разворачивать у себя на территории как можно больше производств и переработки собственной нефти», — объясняет Болдырев.

Необходимо ставить перед собой пятилетний и десятилетний план радикального сокращения экспорта сырья с одновременным ограничением импорта высокотехнологичной продукции для того, чтобы делать ее внутри страны самостоятельно, говорит экономист.

Локомотив экономики

Падение нефтяных цен неоднозначно влияет как на развивающиеся страны, так и на ведущие экономики мира. Европейские политики предупреждают, что нефтяной кризис вместе с карантинными мерами из-за COVID-19 несут риск значительной дефляции в еврозоне. Но после завершения пандемии у дешевого топлива есть и очевидные бенефициары — это розничная торговля, супермаркеты и универмаги, туристические и досуговые компании. Выиграют круизные операторы, авиакомпании, где топливо составляет 20-40% расходов. А в России?

В большинстве государств розничная стоимость моторного топлива формируется естественным рыночным путем. В России государство применяет специальный сдерживающий механизм, который получил название «демпфер». Он предполагает перечисление государством напрямую владельцам НПЗ разницы средней экспортной цены на нефть и внутренней стоимости бензинов или дизтоплива. Это соглашение работает и в обратную сторону: если цена нефти опускается ниже установленного балансного уровня демпфера, то уже нефтяники перечисляют разницу внешних и внутренних цен в бюджет. Как раз такая ситуация происходит сейчас.

Демпфер — крайне неэффективный механизм. Снижение оптовых и розничных цен на нефтепродукты в России заблокировано именно им, убежден гендиректор независимого агентства «Аналитики товарных рынков» Михаил Турукалов.

«Демпфер по сути является дополнительным акцизом. При снижении мировых цен на нефть и нефтепродукты, когда демпфер становится отрицательным, акцизы в России резко растут. Именно это не позволяет внутренним ценам снижаться вслед за мировыми. Это несправедливо по отношению к российским производителям и потребителям нефтепродуктов», — считает Турукалов.

Читайте также  Project Syndicate (США): план чрезвычайного реагирования на Covid-19

Это правило, по мнению эксперта, в текущем виде следует полностью отменить — либо необходимо обнулять выплаты нефтяных компаний в бюджет в случаях, когда демпфер получается отрицательным.

Топливо под давлением

Несправедливо говорить о том, что во всем мире цены на бензин снижаются, а в России нет, указывает замдиректора Института национальной энергетики Александр Фролов. Мы входим в первую десятку стран с самыми низкими ценами на моторное топливо по данным агентства Bloomberg, напоминает он.

«Если посмотреть на общую структуру затрат на производство бензина, то выяснится, что в одном литре стоимостью 45 руб. примерно 9 рублей будет составлять акциз, который за последние шесть лет вырос в два раза, далее НДС и налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ). Все вместе они составляют 70% в цене литра.

Маржа АЗС примерно составляет 10%, но она очень сильно отличается от региона, от сети, программ лояльности и прочего, остаток идет нефтяным компаниям», — отмечает Фролов.

Сейчас для верной оценки происходящего стоит наблюдать за оптовыми ценами на топливо, которые находятся на достаточно низких уровнях. С учетом всех обстоятельств цена на заправках не имеет возможности к понижению, убежден аналитик Института национальной энергетики.

Новый договор

Государство как монопольный регулятор правил на рынке топлива сократило маневр для оптовых трейдеров и сетей АЗС, говорят нефтяники. Впрочем, ожидать каких-либо изменений в налоговом администрировании от государства пока, очевидно, не стоит.

В Минэнерго «Газете.Ru» сообщили, что в условиях снижения спроса на нефтепродукты на внутреннем и внешних рынках, вызванного карантинными мероприятиями по борьбе с коронавирусом, «ключевую роль приобретает координация производства (с учетом выхода на ремонты) и поставок нефтепродуктов для недопущения затоваривания, сокращения загрузки производственных мощностей».

«А значит для сохранения рабочих мест на предприятиях ТЭКа и сохранения стабильности поставок на внутренний рынок за счет наиболее доступных поставщиков.

Производство и поставка моторного топлива на внутренний рынок находятся на уровне, покрывающем внутренний спрос», — пояснили в пресс-службе Минэнерго.

Иными словами, избыток предложения по топливу может разрушить внутренний российский топливный рынок, нанести удар по НПЗ, нефтяной промышленности.

Читайте также  Основа кипрской экономики – семейный бизнес и инновации

Решением этой проблемы мог бы стать новый механизм регулирования внутренних топливных цен: если деньги, поступающие от нефтяников в рамках демпфера, останутся у нефтяных компаний, то они смогут снижать стоимость топлива. Сейчас государство ищет пути помощи гражданам, пострадавшим от карантина, и снижение цен на топливо таким способом могло бы пойти во благо всем сторонам.

«Есть два механизма помощи населению — прямые выплаты денег и стимулирование на действие. Безусловно, можно обратить эти деньги (от буферного механизма — «Газета.Ru») в доходы заправщиков, топливных компаний. Не все наше население потребляет бензин, но все покупают товары и продукты питания, которые нужно привозить. Похожий механизм действует в льготной ставке по ипотеке — происходит государственная компенсация между эффективной ставкой для банков и льготной», — рассуждает доктор экономических наук НИУ Высшей школы экономики (ВШЭ) Сергей Смирнов.

Мультипликативный эффект от изменения цен на топливо огромный, и сильнее всего он влияет на сложные продукты с высокой добавленной стоимостью, соглашается эксперт по автопрому Сергей Ифанов. По его словам, внутри России 70% грузоперевозок осуществляется автомобильным транспортом, в городах этот показатель достигает 100%. Чем сложнее товар, тем большую роль в его цене играет топливная составляющая.

«К примеру, автомобиль: для того, чтобы его собрать, к конвейеру нужно в течение года доставлять тысячи комплектующих. Но и компонентные заводы, откуда везут детали, тоже в свою очередь получают более простые компоненты от поставщиков третьего и четвертого уровня, последние же еще получают сырье. За это время расходуется огромные объемы солярки и бензина», — заключил Ифанов.

Вопрос потенциального снижения налогов и акцизов на топливо не смогли оперативно прокомментировать в Минфине и Минэкономразвития.